Редакция сайта ТАСС
Первый снег
Под ногами хрустит уже слежавшийся снег, что для Энергодара редкость — местные говорят, что лет 20 уже не было минусовых температур. Дети катаются на санках, кидают снежки в зазевавшихся ворон. Красивая и вроде бы мирная картинка с заснеженной набережной и обледеневшими деревьями. Но в воздухе постоянно летают дроны Вооруженных сил Украины (ВСУ).
— Все праздники нас кошмарили, — рассказывает Денис, сотрудник одной из силовых структур. — Постоянно прилетало, то по вышкам связи, то еще куда
Здесь люди любят дождь, туман и летящий снег. Это хоть и не гарантия безопасности, но хотя бы какой-то шанс того, что тебя не "срисует" оператор украинского дрона.
— Возле парка несколько месяцев назад пожилая пара погибла в результате удара беспилотника, — говорит Денис. — Мне кажется, им плевать, по кому бить, кто пострадает, главное — держать людей в страхе.
В день город пытаются атаковать как минимум 17−18 беспилотниками, а в праздничные дни и того больше. Фиксировалось более 20 за 12 часов.
— На праздники ВСУ как с цепи сорвались, — продолжает Денис. — Было два дня тишины, и то условно. Подозреваю, что в тот момент ротацию затеяли. Скорее всего, как обычно, чтобы скрыть потери. Наши ребята тут тоже не сидят без дела.
На автостоянке возле парка стоят сгоревшие машины, как будто сбившиеся в кучу, чтобы не мерзнуть. Среди них выделяется темно-зеленый грузовик.
— Военная машина? — спрашиваю.
— Та не, сам посмотри — кунг (кузов унифицированный нулевого габарита, закрытый кузов-фургон, защищающий груз от непогоды и краж — прим. ТАСС) не бронированный, это прекрасно видно, никаких антенн или еще чего-то, — поясняет Денис. — Кроме того, все военные машины на зимней резине для высокой проходимости, а эта на обычной летней. Это машина водоканала, и ударили по ней намеренно.
Со стоянки хорошо видна многоэтажка, часть окон которой выбита, а часть наглухо заколочена фанерой, как будто пиратскими повязками. Тут же применено "нововведение" — оконный "мангал", специальная вытянутая на расстояние от окна сеть, в которой может запутаться дрон.
Слепые окна
В городе таких фанерных окон много, что объясняется чисто экономической эффективностью.
— Стекол после ударов не наставишься, — говорит жительница одной из многоэтажек. — Дешевле заколотить фанерой. Да, приходится больше платить за электричество и жить без окон, зато не надо постоянно их вставлять после нового удара. Плюс это долго, поскольку произошел прилет, — уже очередь стоит из тех, кому надо вставить выбитые стекла. Так проще. Надо только чуть утеплять, чтобы не сифонило, и все хорошо.
Такие фанеры стоят и в домах, где прилеты были давно, и в тех, где относительно недавно. Люди просто приспособились жить в условиях, когда ВСУ воюют не с военными, а с мирным населением.
Многие коммерческие объекты также не вставляют стекла, а просто заклеивают фанеру рекламой. Все же витрина стоит гораздо дороже обычного окна.
— В магазинах всего хватает, — говорит Денис, показывая на супермаркет. — Туда зайди, сюда, в любой магазин — все есть, никакого дефицита. Сложности в этой сфере есть — в том, что ВСУ машины с продуктами жгут. Но и это решим.
Выжженные земли
Местные предприниматели уверены: ВСУ намеренно бьют по машинам, которые перевозят продукты или какие-то другие товары. Зачастую авто просто сгорает, ведь в кузове груз, который легко воспламеняется.
— В Каменке-Днепровской есть молочный завод, где мы покупаем продукцию, он постоянно страдает от обстрелов, — рассказывает Екатерина, занимающаяся торговлей продуктами в Энергодаре. — Машина туда три раза в неделю ездит. Один водитель просто отказался, сказал "мне жизнь дороже", а другие ездят по ночи, загрузка-выгрузка за 10 минут. Это настоящее испытание.
Екатерина заказывает грузы и с "большой земли", причем целыми фурами. Иногда водителей приходится уговаривать доставить груз.
— Каждый мне звонит с вопросом: "Мы доедем?", — рассказывает девушка. — Ну мы же как-то тут живем… Мы хотим здесь жить, поэтому и приспосабливаемся к такой обстановке…
Иногда противник совершает удары, которые не поддаются логике и откровенно являются военными преступлениями.
— В Каменке-Днепровской есть большой овощной рынок, где люди продают то, что сами вырастили, — делится Екатерина. — И уже не раз туда среди белого дня прилетали украинские дроны. Они видят, что они делают, я уверена.
Мешают бизнесу атаки не только на транспорт, но и на сами торговые точки и инфраструктуру города.
— Для того чтобы предпринимателям качественно вести работу в городе, нужно много условий, — делится Юрий Проценко, ведущий предпринимательскую деятельность в Энергодаре более 10 лет. — Это свет, вода и количество людей. При нынешней ситуации ВСУ бьют по энергообъектам, что препятствует нормальной жизнедеятельности города. Недавно знакомому прилетело по бетонному заводу. Там никаких военных объектов не было, это просто покушение на имущество.
При этом Юрий подчеркивает: государство даже в такой ситуации находит меры поддержки, что и позволяет "быть на плаву".
— Мы постоянно с местными органами власти работаем, глава всячески помогает нам решать проблемы, — отмечает мужчина. — Кроме того, есть федеральные программы. Недавно местный житель выиграл конкурс и ему выделили деньги на развитие общепита — порядка двух миллионов рублей. Еще один плюс — упрощенная система налогообложения.
К разговору присоединяется еще один предприниматель — Павел.
— Бизнес всегда находил выход из любой ситуации, но тут от нас ничего не зависит, — делится Павел. — Мы все держим кулаки, чтобы прекратились обстрелы. У нас у всех в той или иной степени какие-то объекты повреждены. В дом к нам прилетел дрон среди белого дня. Хорошо не в квартиру попал, а в подъезд. Но нам еще более-менее, а вот в Каменке-Днепровской, как говорят предприниматели оттуда, просто нет неповрежденных коммерческих помещений.
По оценкам Павла, в городе сейчас порядка 5−7% всех зданий повреждены в результате атак ВСУ. Много это или мало? Кажется, что и 1% — уже много. Ведь за каждым фанерным окном или витриной — чья-то жизнь, возможно, прерванная.
Владислав Сергиенко
Комментарии