«Пока идет хайп». Украина захотела участвовать в конфликте на Ближнем Востоке. Почему ее опыт не нужен США?

Использование США, Израилем и странами Персидского залива опыта Украины в противостоянии беспилотникам (БПЛА) в ходе конфликта с Ираном будет напрямую зависеть от региональных особенностей и специфики противостояния. С такой оценкой в разговоре с «Лентой.ру» выступил военный аналитик, сооснователь проекта «Ватфор» Сергей Полетаев.

После возобновления конфликта США и Израиля с Ираном руководство Украины неоднократно демонстрировало интерес к ситуации на Ближнем Востоке и заявляло о готовности принять участие в противостоянии на стороне Вашингтона и Тель-Авива: в частности, президент Украины Владимир Зеленский провел ряд телефонных разговоров с лидерами стран Персидского залива, а украинские чиновники начали активно призывать США к приобретению технологий в сфере борьбы с БПЛА для поддержки военного производства.

Несмотря на продолжающуюся специальную военную операцию (СВО), Киев активно демонстрирует готовность поддержать одну из сторон конфликта как минимум на уровне военно-технического сотрудничества. Что может предоставить Киев участникам противостояния с Ираном и насколько опыт СВО будет применим к ситуации в Персидском заливе — разбиралась «Лента.ру».

Почему Киев заговорил о присутствии на Ближнем Востоке?

3 марта Владимир Зеленский заявил о готовности дать дроны-перехватчики странам Ближнего Востока только в обмен на ракеты PAC-3 для зенитных ракетных комплексов (ЗРК) Patriot. Он также отметил, что Киев готов делиться опытом, но не оружием, дефицит которого испытывают ВСУ.

10 марта Зеленский сообщил об отправке на Ближний Восток делегации военных во главе с секретарем Совета национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины Рустемом Умеровым: три группы отправились в Катар, Саудовскую Аравию и Объединенные Арабские Эмираты

По словам политика, в настоящий момент министерства обороны и иностранных дел страны готовят соглашения с ближневосточными государствами о сотрудничестве в сфере борьбы с БПЛА.

При этом дефицит ракет для Patriot стал для Зеленского поводом покритиковать западных партнеров: в интервью Politico он указал на неготовность Запада предоставить крупные партии боеприпасов. Он также отметил, что объем поставленных за все время Киеву PAC-3 уступает количеству выпущенных за 2025 год ракет компанией-производителем Lockheed Martin.

11 марта Зеленский и вовсе заявил в интервью ирландскому блогеру Кейлину Робертсону о «приятном ощущении» после обращения западных партнеров к Киеву за помощью на фоне войны с Ираном. «Американцы попросили нас, и, конечно, я очень горжусь тем, что мы можем помочь американским партнерам», — добавил он.

Как пишет The New York Times, Зеленский на фоне войны на Ближнем Востоке пытается вернуть внимание к украинскому конфликту высказываниями о необходимости новой помощи Киеву и поездкой на подконтрольные территории Донецкой народной республики. Издание отметило желание политика ясно дать понять, что тот не собирается соглашаться на территориальные уступки и заключать сделку с президентом России Владимиром Путиным.

По мнению Сергея Полетаева, действия Киева относительно конфликта на Ближнем Востоке являются в первую очередь попыткой привлечь к себе внимание и получить экономическую выгоду. Аналитик отметил изменение риторики украинского руководства после начала противостояния в Персидском заливе: вначале Владимир Зеленский ставил в качестве условия помощи странам Залива содействие в достижении прекращения огня на Украине, но позже отказался от требований, сосредоточившись на поддержке США и Израиля.

Что Украина хочет предложить США и Израилю?

По информации Axios, Киев якобы еще летом 2025 года предлагал Белому дому приобрести технологии в сфере противодействия БПЛА для борьбы с иранскими беспилотниками Shahed, однако получил отказ администрации Трампа. Как утверждается, после возобновления конфликта с Ираном некоторые американские чиновники назвали это решение одним из самых серьезных тактических просчетов.

Согласно оказавшемуся в распоряжении издания документу, Киев предлагал создать крупные центры по борьбе с дронами на территории военных баз США в Турции, Иордании и странах Персидского залива. По словам одного из украинских военных, проект включал в себя аналог инициативы «стены дронов», а также развитие инфраструктуры, в частности, строительство радиолокационных станций.

Одним из возможных направлений деятельности Киева могла бы также стать организация диверсионно-разведывательной деятельности против Тегерана. Так, Главное управление разведки (ГУР) Минобороны Украины заявляло о причастности к организации атаки на бойцов российской частной военной компании «Вагнер» в Мали. В сентябре 2024 года турецкое издание Aydınlık со ссылкой на источники сообщало также о переговорах представителей Киева с террористической организацией «Хайят Тахрир Аш-Шам» (запрещена в России) об операциях против ВС России в Сирии, в частности, о возможности ударов по авиабазе Хмеймим.

Как отметил Сергей Полетаев, накопленный во время СВО опыт будет применяться и частично использоваться в других конфликтах по всему миру. Однако, по мнению эксперта, в контексте противостояния на Ближнем Востоке наиболее ценными окажутся именно навыки Киева по организации противовоздушной обороны (ПВО), а не его практика диверсионной деятельности.

При этом аналитик усомнился в значимости соглашений о поставках Украиной дронов-перехватчиков на Ближний Восток, отметив их незначительную эффективность на практике. Он также указал, что многие беспилотники, заявленные как украинские, фактически являются изделиями на основе наработок компаний из других стран. «Дроны-перехватчики — это оружие бедных. Украина их использует от недостатка нормальных средств ПВО, таких как ЗРК», — подчеркнул эксперт.

Будет ли использован опыт Украины?

Говоря о применении опыта Украины в конфликте на Ближнем Востоке, Сергей Полетаев отметил существенные различия в театре военных действий между СВО и конфликтом США и Ирана. В частности, эксперт указал на разницу в расстоянии между точками запуска дронов и конечными целями, а также способность сторон конфликта к мониторингу и отражению налетов БПЛА. По его мнению, среди стран — участников конфликта только Израиль может в значительной степени использовать украинский опыт выявления и поражения беспилотников.

При этом аналитик также отметил, что стратегическое преимущество Ирана в виде массированных ударов БПЛА будет постепенно ослабевать по мере накопления опыта и адаптации к новым волнам атак. По мнению Полетаева, несмотря на то что противники Тегерана оказались не готовы к такой тактике, в перспективе они смогут найти формы противодействия и укрепить оборону.