Наследницы Ротшильда объявили друг другу войну. За что богатейшие невестка и свекровь возненавидели друг друга?

В декабре 2025 года стало известно о конфликте в семье Ротшильдов. 93-летняя баронесса Надин де Ротшильд и вдова ее единственного сына — 60-летняя Ариан де Ротшильд — не поделили бесценные предметы старины и картины, которые хранятся в родовом замке семьи. Шато де Преньи называют «мини-Лувром»: по слухам, в его коллекции есть шедевры Гойи, Рембрандта и Эль Греко, которых не видела публика. Старая баронесса хочет открыть в Женеве музей и выставить там все богатства, но Ариан настаивает, что собрание Ротшильдов должно остаться в семье. При этом одна из них — что сегодня вряд ли может кого-то удивить — оказалась связана с финансистом Эпштейном. «Лента.ру» пыталась разобраться, какая судьба может ждать сокровища Шато де Преньи.

Кто такая Надин де Ротшильд

Надин Нелли Жаннетт Лопиталье родилась 18 апреля 1932 года в Сен-Кантене, Франция. Ее детство было трудным: она росла в семье коммунистов, без отца, в 14 лет ушла из дома и устроилась на завод Peugeot.

Но кое-в чем Надин повезло: она обладала яркой внешностью, и два года спустя случайно встретила в Париже художника и светского льва Жан-Габриэля Домерга

Он был очарован юной красавицей, и вскоре она стала его музой и моделью. Это был билет в мир парижской богемы, где она быстро стала своей.

Через четыре года, в 1952 году, она уже активно снималась в кино под псевдонимом Надин Талье. Актерская карьера девушки продолжалась 12 лет, за это время она сыграла в 43 картинах. Однако главная роль ее жизни была впереди. В 1962 году она познакомилась с банкиром Эдмоном Адольфом де Ротшильдом, главой и владельцем финансовой группы Edmond de Rothschild Group. У них завязался роман.

Через год она вышла за него замуж. Эдмон Ротшильд считался самым богатым членом семьи Ротшильдов до самой его смерти в 1997 году, поэтому с тех пор все камни в украшениях Надин были настоящими. Брак был для Эдмона вторым, но оказался очень удачным. Надин, католичка, ради мужа приняла иудаизм.

В 1963 году она подарила Эдмону наследника — маленького Бенджамина. Став баронессой де Ротшильд, Надин взяла на себя управление 14 семейными владениями, где на протяжении нескольких десятилетий они с мужем принимали политиков, актеров и других знаменитостей, в том числе чету Кеннеди, принцессу Диану, Одри Хепберн, Марию Каллас, Роми Шнайдер и Грету Гарбо.

Надин признавала, что была для Бенджамина приходящей матерью. В основном им занимались няни и гувернеры. Сам он утверждал, что она относилась к нему как к наследнику, а не сыну.

Бенджамин стал первым и единственным ребенком пары и — косвенно — причиной нынешних злоключений Надин.

Кто такая Ариан де Ротшильд

Бенджамин пошел по стопам отца и включился в управление семейным бизнесом — финансовой группой Edmond de Rothschild Group. Он познакомился с 28-летней Ариан Лангнер в 1993 году на встрече с представителями финансовой корпорации AIG.

Девушка, получившая степень MBA в Нью-Йорке, оказалась амбициозной, хваткой и практичной. Вероятно, Бенджамин счел эти качества привлекательными, и между ними пробежала искра.

Ариан, родившаяся в 1965 году в семье немецкого бизнесмена в Сальвадоре, провела юность в разных странах мира и до встречи с будущим мужем строила довольно успешную карьеру в финансовой сфере.

Получив фамилию Ротшильд, она ринулась в бой. Ариан не приняла иудаизм, как Надин, зато родила четырех дочерей и стала участвовать в управлении группой компаний Ротшильдов.

Ариан вошла в семейный бизнес через менеджмент нефинансовых активов — виноделен, отелей, благотворительных проектов, — однако ее амбиции и стратегическое видение быстро вывели ее на ключевые позиции.

В 2005 году она провела масштабную реструктуризацию Edmond de Rothschild Group, модернизировала ее, сосредоточив деятельность на устойчивых инвестициях и цифровизации. После смерти мужа в 2021 году Ариан получила контроль над группой через доверительное управление долями своих четырех дочерей и в марте 2023 года официально стала генеральным директором — первой женщиной и первым человеком не из рода Ротшильдов во главе банка под этой легендарной фамилией.

В письмах упоминается, например, Украина: Эпштейн писал Ариан в 2014, в разгар Майдана, что там теперь «много возможностей». Кроме того, в одном из сообщений он пишет баронессе, что привез ей мороженое Oreo, которое может доставить в номер ее отеля.

Существует конспирологическая версия, что словосочетание «мороженое Oreo» Эпштейн использовал как кодовое слово для обозначения несовершеннолетних мальчиков, однако переписка не дает оснований для таких спекуляций. В той же переписке Ариан говорит, что заболела, и предлагает встретиться у Эпштейна — но держать дистанцию, чтобы он не заразился.

Шато де Преньи

Со смертью Эдмона и Бенджамина почти вся власть над активами и имуществом французской ветви Ротшильдов сосредоточилась в руках двух женщин — невестки и свекрови.

Надин никогда особенно не интересовалась бизнесом. Она провела годы замужества, занимаясь благотворительностью, творчеством и искусством. Она писала автобиографии, книги об этикете и светской жизни, — из-под ее пера вышло в общей сложности 14 томов.

В 2004 году она основала в Женеве «Международную академию образа жизни Надин де Ротшильд». Вероятно, несовпадение темпераментов и принципиально разные интересы и породили раскол в ее отношениях с Ариан.

Одним из камней преткновения стал замок Ротшильдов в окрестностях Женевы — Шато де Преньи. Построенный в 1858 году швейцарским банкиром Адольфом Карлом де Ротшильдом, этот особняк площадью 1,1 тысячи квадратных метра по наследству достался отцу Эдмона — Морису де Ротшильду, а тот завещал имение кантону Женева, сохранив для семьи Ротшильдов право пользования имением.

Шато де Преньи стал буквально фамильным гнездом: он долгое время был домом Надин и Эдмона. В 2017 году Надин переехала в павильон на территории поместья, уступив шато сыну. До 2021 года там жили Ариан и Бенджамин, а после смерти мужа баронесса осталась в шато одна с дочерьми.

Семья Ротшильдов хранит молчание относительно коллекции ценностей, находящихся в Шато де Преньи, куда фотографам и любопытным посетителям вход запрещен, но, по информации инсайдеров, там есть настоящие сокровища. Среди них — мебель Людовика XVI, а также неизвестные широкой публике работы Гойи, Рембрандта, Фрагонара, Эль Греко и Буше.

Именно эта коллекция предметов искусства стала точкой, где коса Надин нашла на камень Ариан.

Cсора баронесс де Ротшильд

Надин утверждает, что их с Ариан умеренно теплые отношения испортились после смерти Бенджамина. Именно тогда она переехала из павильона на территории шато.

По словам старшей баронессы, ее муж Эдмон, умерший в 1997 году, завещал ей значительную часть коллекции Шато де Преньи, и теперь Надин пожелала показать ее миру, разместив в новом музее в Женеве, который будет работать под эгидой фонда Эдмона и Надин де Ротшильд.

Ариан, услышав от свекрови об этой затее, пришла в ужас. Она, напротив, считает себя главной наследницей и распорядительницей коллекции и желает оставить все на своих местах — в шато.

Конфликт перерос в противостояние. Противостояние — во взаимные судебные иски. 60-летняя Ариан обвинила свекровь в том, что она находится под влиянием третьих лиц.

Младшая баронесса Ротшильд даже провела параллель с покойной наследницей L'Oréal Лилиан Бетанкур (в 2011 году дочь Бетанкур пыталась добиться признания Лилиан недееспособной после того, как та осыпала подарками молодого друга, фотографа, потратив на него около миллиарда евро). 93-летняя Надин гневно опровергла эти спекуляции.

Ариан даже пыталась запретить Надин использовать имя Эдмона для своего фонда, но проиграла эту тяжбу. Зато выиграла другую: ее свекровь потеряла юридическое право входить в шато.

Третий судебный процесс о праве собственности на произведения искусства и другие предметы из коллекции Шато де Преньи длится до сих пор. Ариан и ее дочери не дают прессе комментарии о ходе суда. Надин ведет себя менее сдержанно.

Представители Ариан утверждали, что Надин не предъявляла претензий на произведения искусства до смерти Бенджамина, и, поскольку это так, она больше не имеет на них законных прав. Именно этот вопрос находится в центре текущего судебного разбирательства.

По мнению Надин, коллекции искусства место в музее. Кроме того, она считает, что «молодое поколение [Ротшильдов] вряд ли захочет обременять себя такими вещами», хотя и подчеркивает, что, независимо от исхода суда, все картины и старинная мебель в шато— это наследство ее внучек.

Как бы там ни было, учитывая почтенный возраст старшей баронессы, даже если она выиграет тяжбу, желающие увидеть уникальную экспозицию «мини-Лувра», вероятно, получат такую возможность очень ненадолго. Но в любом случае — это уже дело принципа.